Примерное время чтения: 8 мин.
В 2023 году рабочие в городе Кируна (Швеция) вновь передвинули несколько жилых домов. Причина была необычной: под городом продолжала расти одна из крупнейших в мире подземных шахт. Пока жители перевозили свои дома на новое место, инженеры всего в нескольких километрах испытывали технологии, которые должны помочь человечеству отказаться от ископаемого топлива.
В этой почти символической картине заключено главное противоречие XXI века: чтобы сделать экономику более экологичной, миру приходится наращивать добычу полезных ископаемых.
Это противоречие становится центральным для всей климатической политики. Электромобили, солнечные панели, ветрогенераторы, аккумуляторы и системы хранения энергии требуют огромных объемов меди, лития, никеля, кобальта и редкоземельных элементов. По оценкам Международного энергетического агентства, спрос на некоторые из этих минералов к середине века может увеличиться в несколько раз. Всемирный банк подтверждает: без расширения добычи критических минералов энергетический переход невозможен.
И здесь возникает главный вопрос: может ли добыча полезных ископаемых быть экологичной, если сама по себе она меняет ландшафты, водные системы и экосистемы?
Современная наука отвечает на него осторожно. Полностью «безвредной» добычи не существует. Но существует значительная разница между тем, как отрасль работала раньше, и тем, к чему она постепенно приходит сегодня. Поэтому в международной практике все чаще используют понятие «ответственная добыча».
В докладе Global Resources Outlook 2024 эксперты United Nations Environment Programme называют добычу и переработку ресурсов одной из ключевых причин тройного планетарного кризиса: изменения климата, утраты биоразнообразия и загрязнения окружающей среды. За последние десятилетия объем добываемых материалов вырос многократно, и без изменения подходов он продолжит расти. Но ООН делает важное уточнение: отказ от добычи невозможен, необходима трансформация!
Эта трансформация начинается с понимания полного жизненного цикла материалов. Сегодня экологическая оценка включает не только карьер, но и производство, транспортировку, использование и переработку. Такой подход показывает, что значительная часть воздействия скрыта за пределами шахты.
Особенно наглядно это видно на примере меди. Этот металл лежит в основе всей современной энергетики. Электромобиль содержит в 3-5 раз больше меди, чем автомобиль с двигателем внутреннего сгорания. Ветрогенераторы, электросети и зарядная инфраструктура полностью зависят от неё. При этом содержание меди в руде постепенно снижается, что означает рост объемов переработки породы и увеличение энергозатрат.
Северная Европа стала одной из лабораторий новой добычи. В Швеции компания LKAB не только разрабатывает крупнейшее железорудное месторождение, но и участвует в проекте HYBRIT, который разрабатывает производство стали без использования угля. В этой системе руда становится частью цепочки, где углеродный след может быть почти полностью устранен.
В Финляндии подземные рудники переходят на электрическую технику. Это снижает выбросы, уменьшает потребность в вентиляции и сокращает энергопотребление. В Австралии внедряются автономные самосвалы, которые оптимизируют маршруты и сокращают расход топлива.
Однако не только энергия определяет экологичность добычи. Все чаще ключевым ресурсом становится вода. В засушливых регионах, таких как пустыня Атакама в Чили, добыча лития связана с использованием подземных соляных рассолов. Их поднимают на поверхность и испаряют в огромных бассейнах. Этот процесс вызывает научные споры о влиянии на водный баланс региона. Одни исследования фиксируют возможное снижение уровня грунтовых вод, другие подчеркивают недостаток данных. Для местных жителей вопрос воды имеет первостепенное значение.
В ответ на эти вызовы компании переходят на замкнутые циклы водоснабжения и начинают использовать опресненную морскую воду, что снижает нагрузку на пресные источники, но требует дополнительной энергии.
Еще один важный аспект — биоразнообразие. Исследования показывают, что основной экологический ущерб часто связан не с самим карьером, а с инфраструктурой вокруг него. Дороги, линии электропередачи и поселения открывают доступ в ранее нетронутые экосистемы. В результате воздействие горнодобывающего проекта может распространяться на территории, во много раз превышающие площадь самого рудника.
Отдельную роль играют хвостохранилища. Катастрофы в Брумадинью в 2019 году и Мариане в Бразилии в 2015 стали одними из самых тяжелых экологических аварий последних десятилетий. После них United Nations Environment Programme совместно с Международным советом по горнодобывающей промышленности разработали Global Industry Standard on Tailings Management, направленный на предотвращение подобных трагедий.
Современные технологии также меняют отрасль. Цифровые модели месторождений, спутниковый мониторинг и искусственный интеллект позволяют точнее добывать руду и сокращать объемы отходов. Это уменьшает нагрузку на экосистемы и снижает энергопотребление.
Не менее важным направлением становится переработка. Производство алюминия из вторичного сырья требует примерно на 95% меньше энергии, чем первичное производство. Именно поэтому циркулярная экономика рассматривается как ключевой элемент будущего.
Многие ученые подчеркивают, что климатические цели нельзя достигать ценой разрушения экосистем. Йохан Рокстрём, директор Potsdam Institute for Climate Impact Research, неоднократно говорил о необходимости учитывать и климат, и биоразнообразие одновременно.
Если понимать экологичность как полное отсутствие воздействия, добыча невозможна без ущерба природе. Но если рассматривать ее как последовательное снижение негативного влияния, внедрение лучших технологий и международных стандартов, то отрасль постепенно движется в этом направлении. Будущее добычи зависит не только от объемов производства, но и от того, насколько ответственно человечество будет использовать ресурсы Земли.
Материалы по теме:
Литиевый треугольник
Редкоземельные металлы — не редкие в природе
Влияние добычи угля на окружающую среду
Экологический след от добычи полезных ископаемых
Из соленой — в пресную: как решается проблема нехватки воды
Экологические последствия эксплуатации хвостохранилищ
Даже у батарейки может быть вторая жизнь
Москва
